Российскому бизнесу расширяют возможность для филантропии

Российскому бизнесу расширяют возможность для филантропии

Наследственные фонды в России можно будет учреждать уже с 1 сентября 2018-го. По мнению инициаторов законопроекта, такой инструмент позволит сохранить и приумножить активы предпринимателей, которые после их смерти смогут передаваться в управление фонда. Решение о его создании оформляется наследодателем при составлении завещания.

В условиях экономической изоляции России такой инструмент может стать своего рода антиофшорной мерой, считает партнер компании UFG Wealth Management Дмитрий Кленов: «В России не было такого инструмента. Из-за его отсутствия многие оформляли наследование именно по английскому либо другому праву, где такая возможность предусмотрена. Введение такого инструмента в России позволит соотечественникам перевести наследование на родину».

Все больше российских бизнесменов признают, что наследники не являются оптимальными преемниками с точки зрения управления активами, отмечает директор благотворительного фонда «CAF Россия» Мария Черток.

«Наши бизнесмены очень к этому готовы, многие из них в своих интервью говорят о том, что совершенно не собираются оставлять все свое наследство детям. Так говорил и Владимир Потанин, и Михаил Фридман, и Алишер Усманов. Думаю, что на такой инструмент, несомненно, будет спрос, правда, он будет зависеть от качества закона», — заметила Мария Черток.

В документе о создании наследственного фонда пропишут все детали — устав, условия управления и размер имущества. Все это устанавливается наследодателем при жизни и не может быть оспорено после его смерти. Из доходов наследственного фонда будут проводиться выплаты членам семьи завещателя и переводиться средства на благотворительность.

Понятно, что этот процесс не будет быстрым, считает Ирек Аллаяров, советник по управлению активами совладельца корпорации «Технониколь» Игоря Рыбакова: «Не всегда те люди, которые наследуют активы, знают, что с ними делать. Зачастую бывает, что они наследникам и не нужны, так как те имеют свои планы на жизнь. Не скажу, что все должны в этом участвовать, но, конечно, это будет здорово, если еще на законодательном уровне такой инструмент будет поддерживаться. Я как представитель Игоря Рыбакова могу сказать, что он открыто заявлял о том, что оставлять бизнес в наследство детям не будет. Вместо этого он планирует возвращать то, что им заработано, в общество, но в трансформированном виде».

О том, что богатство должно работать на общественное благо, говорил и владелец компании «Интеррос» Владимир Потанин, который первым из российских предпринимателей присоединился в «Клятве дарения», пообещав отдать большую часть своего состояния на благотворительность. Таких филантропов по миру сегодня больше 150. И несмотря на кризис суммы, которые бизнес и граждане тратят на благотворительность, продолжают расти, подчеркивает генеральный директор Благотворительного фонда В. Потанина Оксана Орачева.

«Наследственные фонды — это российский аналог трастов и во многом инструмент, определяющий, каким образом можно потратить деньги в соответствии с волей человека или корпорации. Мы знаем, что этот инструмент активно используется в самых разных странах, и вполне успешно. Ведь тем самым можно на длительную перспективу развивать благотворительные проекты», — сказала она.

Точных данных о том, сколько российский бизнес тратит на благотворительность, нет. Большинство жертвует если не анонимно, то стараются не говорить об этом. На смену частным меценатам пришли компании. Так, совокупный бюджет на филантропические программы участников конкурса «Лидеры корпоративной благотворительности» в прошлом году составил 43 млрд руб. против 20 млрд руб. в 2016-м. Более половины из этих денег выделили компании «АЛРОСА» и «Норникель».

Если говорить о простых россиянах, то в прошлом году они потратили на благотворительность 1,2 млрд руб. По данным «Яндекс. Деньги», средний чек перевода составил 722 руб., что на 13% больше, чем в 2016-м.

Источник: Коммерсантъ

Фото: Дмитрий Азаров / Коммерсантъ